 |
ду гладкой шкурой лошади и светлойшерстью прижавшейся к нему собаки, среди стука переступающих копыт, тихогосопенья и звяканья цепей, он взял ее за руки и проникновенно сказал: &n..
Если Скури справится со своими обязанностями, ему покрайней мере обеспечена прибавка к зарплате, а если Бог того пожелает, егомогут назначить комиссаром поли..
. Язви тя... Я уж думал -- почудилось. Степан опустил худой вещмешок на порожек, подошел к отцу. Обнялись,чмокнулись пару раз...
Смотрите также:
О. Горобчик. Творческий эксперимент Эмиля Золя
Загадке смерти Эмиля Золя – 100 лет
Вы читаете «Сказки Нинон», страница 1 (прочитано 0%)
«Дамское счастье», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Его превосходительство Эжен Ругон», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой)», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Завоевание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Карьера Ругонов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Радость жизни», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Страница любви», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Творчество», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Тереза Ракен», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Труд», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Оцените этот текст:Не читал10987654321
СодержаниеFine HTMLPrinted versiontxt(Word,КПК)Lib.ru html
Эмиль Золя. Сказки Нинон
---------------------------------------------------------------
Государственное издательство Художественной литературы Москва 1960
том 1 стр 3-105
OCR: Феликс Янковский
---------------------------------------------------------------
Предисловие
К Нинон
Прими, мой друг, эти сказки нашей юности, рожденные вольным
вдохновением, которые я рассказывал тебе в полях моего дорогого Прованса, а
ты прилежно внимала им, блуждая рассеянным взором по вершинам далеких
голубых холмов.
Майскими вечерами, в час, когда земля и небо медленно сливаются,
объятые дивным покоем, я покидал город и уходил в поля. Я шел по сухим
склонам, холмов, поросшим ежевикой и можжевельником, или берегом небольшой
речки, которая в декабре бурлило, потоком и мелела в летние дни; пересекал
уголок безлюдной равнины, согретой лаской полуденного солнца, и выходил на
широкие просторы полей, где на желтой и красной земле растут тонкие
миндальные деревья, старые серебристые оливы и виноград, чьи переплетенные
лозы стелются по земле,
Бедная, иссушенная зноем, опаленная солнцем земля! Серая голая земля
между тучными лугами Дю-ранса и апельсиновыми рощами прибрежной полосыЯ
люблю ее строгую красоту, ее унылые скалы, ее тимьян и лаванду. Эта
бесплодная равнина поражает взор какой-то жгучей опустошенностью: кажется,
словно ураган страсти пронесся над этим краем; затем наступило великое
изнеможение, и все еще жаждущие поля затихли в тревожной дремоте. И доныне,
когда среди лесов родного Севера я вспоминаю эту пыль и, зги камни, меня
охватывает горячая любовь к суровой чужой отчизне. Жизнерадостный мальчик и
угрюмые старые скалы когда-то нежно полюбили друг друга; и теперь, когда
мальчик стал взрослым, он равнодушен к влажным лугам и сочной зелени; ему
милы широкие белые дороги и опаленные солнцем холмы, где юную
пятнадцатилетнюю душу впервые посетили мечтания.
Я уходил в поля. Там, среди возделанных земель, или на каменистых
холмах, где я лежал, затерянный в безмолвном покое, нисходившем на землю с
высоты небес, я, оглянувшись, находил тебя; ты тихо сидела рядом,
задумчивая, опершись на руку подбородком, глядя на меня своими большими
глазами. Ты была ангелом моих уединений, добрым ангелом-хранителем, которого
я всегда видел подле себя, где бы я ни находился. Ты читала в моем сердце
мои тайные помыслы, ты была со мною повсюду, ты не могла не быть рядом со
мной.
Тем временем:
... Прибавьте сюда этот рой прелестных воспоминаний, которые витают и группируются вокруг них и окружают их таким ореолом и столькими иллюзиями, - и вы получите все элементы, составляющие их поэзию. Но готическая башня, не имеющая другой истории, кроме темного предания, которое старая бабушка рассказывает внучкам у камелька, такая одинокая и печальная, ничего не заимствующая от окружающего, - откуда ее поэзия? Вокруг нее - только лачуги да облака, ничего больше. Все ее очарование, значит, в ней самой. Это мнится, - сильная и прекрасная мысль, одиноко рвущаяся к небесам; не обыкновенная земная идея, а чудесное откровение, без причины и земных корней, увлекающее нас из этого мира и переносящее в лучший мир.
Наконец, вот черта, которая окончательно выразит нашу мысль. Колоссы Нила, так же как и западные храмы, кажутся нам сначала простыми украшениями. Невольно спрашиваешь себя: к чему они? Но, присмотревшись ближе, вы заметите, что совершенно так же обстоит дело и с красотами природы. В самом деле: вид звездного небосвода, бурного океана, цепи гор, покрытых вечными льдами, африканская пальма, качающаяся в пустыне, английский дуб, отражающийся в озере, - все наиболее величественные картины природы, как и изящнейшие ее произведения, точно так же сначала не будят в уме никакой мысли о пользе, вызывают в первую минуту лишь совершенно бескорыстные мысли; между тем в них есть полезность, но на первый взгляд она не видна и только позднее открывается по размышлении...
ресурс Эмиль Золя (Emile Zola)
