 |
Когда я окончательно пришел к такому решению, тоска по родному краю внезапно усилилась до такой степени, что я не мог дождаться отъезда. И я отложил полную ликвидацию моего предп..
Хотелось бы у кого нибудь спросить: что это за стройка — такая большая! Хотелось узнать, как попасть на Северо западный вокзал...
- Значит, вы не хотите? - Я вам уже вчера сказал. Я не могу...
Смотрите также:
О. Горобчик. Творческий эксперимент Эмиля Золя
Загадке смерти Эмиля Золя – 100 лет
Вы читаете «Разгром», страница 17 (прочитано 4%)
«Воздержание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дамское счастье», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Деньги», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Доктор Паскаль», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Его превосходительство Эжен Ругон», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Жерминаль (Пер. А. Дмитриевского)», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой)», закладка на странице 10 (прочитано 2%)
«Завоевание», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Западня», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Земля», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Карьера Ругонов», закладка на странице 10 (прочитано 4%)
«Лурд», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Мечта», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Наводнение», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Накипь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Нана», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Осада мельницы», закладка на странице 10 (прочитано 39%)
«Проступок аббата Муре», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Радость жизни», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
Эх ты, растяпа!.. Ну ладно, получишь гузку, увидишь, какая она будет
мягкая!
Солдаты покатывались со смеху, глядя на Лапуля, который поверил и
заранее облизывался. Экая бестия Лубе, уж с ним не соскучишься! И когда на
солнце затрещал огонь, когда вода в котелке запела, все, благоговейно
окружив его, расцвели, глядя, как приплясывает кусок мяса, и вдыхая приятный
запах, который овевал их. Они уже накануне были голодны, как собаки; мысль о
еде была сильней всего. Их поколотили, но это не мешает набить брюхо. По
всему лагерю горели огни походных кухонь, кипела вода в котелках и царила
ненасытная певучая радость под светлый звон колоколов, который доносился еще
и еще из всех приходов Мюльгаузена.
Но вдруг к девяти часам все засуетились, офицеры зашныряли; по
приказанию капитана Бодуэна лейтенант Роша прошел мимо палаток своей роты и
крикнул:
- Ну, складывайте все, убирайте, выступаем!
- А суп?
- Суп в другой раз. Выступаем сейчас же!
Рожок Года властно зазвенел. Все были ошеломлены; нарастал глухой гнев.
Как? Выступать натощак? Не подождать и часа, пока поспеет суп? Взвод
все-таки решил поесть бульону; но это была только теплая вода, а мясо еще не
уварилось и было жесткое, как подошва, Шуто сердито заворчал. Жану пришлось
вмешаться, чтобы поторопить солдат. А зачем так спешить, бежать, будоражить
людей, не давать им времени подкрепиться? Морис слышал, что идут навстречу
пруссакам, чтоб отплатить им, но только недоверчиво пожал плечами. Не прошло
и четверти часа, как лагерь снялся, палатки были свернуты, привязаны к
ранцам, пирамиды ружей разобраны, и на голой земле остались только
потухающие огни костров.
Важные причины побудили генерала Дуэ к немедленному отступлению. Депеша
шельштадтского префекта, посланная уже три дня тому назад, подтвердилась:
телеграфировали, что спять видели огни пруссаков, угрожающих Маркольсгейму;
другая телеграмма извещала, что неприятельский корпус переходит Рейн под
Гунингом. Выяснились разные подробности, якобы точные: замечены кавалерия и
артиллерия, движутся войска, направляясь отовсюду к месту сборе. Если
задержаться хоть на час, путь к отступлению на Бельфор будет безусловно
отрезан. После поражения под Виссенбургом и Фрешвиллером генералу Дуэ,
отрезанному, затерянному в авангарде, оставалось только поспешно отступать,
тем более что утренние известия были еще хуже ночных.
Впереди рысью отправились штабные офицеры, пришпоривая коней из боязни,
что пруссаки опередят их и окажутся уже в Альткирке. Генерал Бурген-Дефейль
предвидел трудный переход и, проклиная суматоху, предусмотрительно двинулся
через Мюльгаузен, чтобы сытно позавтракать.
Страницы: (376) : <<
Тем временем:
... Their existence is constant and independent of our awareness, he
said, but their inaccessibility is entirely a consequence of our energetic
conditioning. In other words, simply and solely because of that
conditioning, we are compelled to assume that the world of daily life is the
one and only possible world.
Believing that our energetic conditioning is correctable, don Juan
stated that sorcerers of ancient times developed a set of practices designed
to recondition our energetic capabilities to perceive. They called this set
of practices the art of dreaming.
With the perspective time gives, I now realize that the most fitting
statement don Juan made about dreaming was to call it the "gateway to
infinity." I remarked, at the time he said it, that the metaphor had no
meaning to me.
"Let's then do away with metaphors," he conceded. "Let's say that
dreaming is the sorcerers' practical way of putting ordinary dreams to use."
"But how can ordinary dreams be put to use?" I asked. "We always get
tricked by words," he said. "In my own case, my teacher attempted to
describe dreaming to me by saying that it is the way sorcerers say good
night to the world. He was, of course, tailoring his description to fit my
mentality. I'm doing the same with you."
On another occasion don Juan said to me, "Dreaming can only be
experienced. Dreaming is not just having dreams; neither is it daydreaming
or wishing or imagining. Through dreaming we can perceive other worlds,
which we can certainly describe, but we can't describe what makes us
perceive them. Yet we can feel how dreaming opens up those other realms.
Dreaming seems to be a sensation--a process in our bodies, an awareness in
our minds."
In the course of his general teachings, don Juan thoroughly explained
to me the principles, rationales, and practices of the art of dreaming...
ресурс Эмиль Золя (Emile Zola)
