 |
Однако "Солейль" стоит и будетстоять на высоте, поэтому я не мог выпустить такую редкую птицу. Онпредложил больше, чем дал бы сам Барнум, воскреснув и явившись сюда со всемисвоими зверями...
И хотя Старику не верилось, что кто-нибудь выберется живым из этой гиблой, изрезанной летними водами долинки, он бодро хлопнул парня по плечу и по..
Легкие тени облаков пробегали по залитому солнцем морю, и такие здесьцарили гармония и..
Смотрите также:
Загадке смерти Эмиля Золя – 100 лет
О. Горобчик. Творческий эксперимент Эмиля Золя
Вы читаете «Радость жизни», страница 1 (прочитано 0%)
«Дамское счастье», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Творчество», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Оцените этот текст:Не читал10987654321
СодержаниеFine HTMLPrinted versiontxt(Word,КПК)Lib.ru html
Эмиль Золя. Радость жизни
----------------------------------------------------------------------------
Перевод с французского Д. С. Усова.
Ругон-Маккары
Эмиль Золя. Собрание сочинений в 18 томах. Том 9
М., "Правда", 1957.
Издание выходит под общей редакцией А. Пузикова.
OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru
----------------------------------------------------------------------------
I
Когда часы с кукушкой пробили в столовой шесть, Шанто потерял последнюю
надежду. Он с трудом поднялся с кресла у камина, где грел свои скованные
подагрой ноги. Уже два часа ждал он жену, которая после пятинедельного
отсутствия должна была сегодня привезти из Парижа двоюродную племянницу
супругов Шанто, десятилетнюю Полину Кеню, взятую ими на воспитание.
- Ума не приложу, - проговорил Шанто, приоткрыв дверь в кухню. - Боюсь,
Вероника, что с ними случилось несчастье!
Служанка, дюжая девица лет тридцати пяти, большерукая и мужеподобная,
снимала в эту минуту с огня баранину, явно пережаренную. Грубые щеки девушки
побледнели с досады, но она не высказывала своего недовольства.
- Хозяйка осталась в Париже, не иначе, - сухо ответила она. - А все
дела, которым конца не видно, - от этого весь дом вверх дном!
- Нет, нет, - возразил Шанто. - Во вчерашней телеграмме сказано, что
все формальности с девочкой окончательно улажены... Сегодня утром госпожа
Шанто должна была приехать в Кан и остановиться у Давуана. В час отходит
поезд, в два он прибывает в Байе, а к трем карета дядюшки Маливуара должна
доставить госпожу Шанто в Арромайш, и если даже Маливуар не сразу заложил
свой рыдван, она все равно могла приехать сюда около четырех, самое позднее
- в половине пятого... От Арроманша до Бонвиля километров десять, не больше.
Кухарка, не сводя глаз с жаркого, слушала все эти расчеты и качала
головой. После некоторого колебания Шанто прибавил:
- Сходила бы ты на угол посмотреть, Вероника!
Она взглянула на Шанто и еще больше побледнела от сдерживаемого гнева.
- Это зачем?.. Ведь Лазар уже потащился им навстречу! Чего ради еще и
мне грязь месить?
- Видишь ли, - пробормотал Шанто, - я уж и за мальчика беспокоюсь...
Его тоже все нет. Что там ему делать, на дороге, целый час?
Вероника замолчала и, сняв с гвоздя старую черную шаль, закутала ею
голову и плечи.
Тем временем:
...
- Прелестная вещица, - заметил я. - Но кто же этот очаровательный
юноша, чью красоту так счастливо сохранило для нас Искусство?
- Перед тобой портрет господина У.Г., - с грустной улыбкой ответил
Эрскин.
Не знаю, возможно, то была всего лишь случайная игра света, но мне
показалось, что в глазах его блеснули слезы.
- Господина У.Г., - повторил я. - А кто он такой, этот У.Г.?
- Неужели не помнишь? Посмотри на книгу у него под рукой.
- Там как будто что-то написано, вот только не разберу что, -
откликнулся я.
- Вот лупа, попытайся разглядеть, - сказал Эрскин, лицо которого не
покидала все та же грустная улыбка.
Я взял лупу и, придвинув лампу поближе, принялся с трудом читать
рукописные строчки, выведенные замысловатой старинной вязью: "Тому
единственному, кому обязаны появлением нижеследующие сонеты..."
- Боже милостивый! - воскликнул я. - Да не шекспировский ли это У.Г.?
- Так говорил и Сирил Грэхэм, - пробормотал Эрскин.
- Но ведь юноша ничуть не похож на лорда Пемброка, - возразил я. - Я же
отлично знаю портреты из Пенхерста. Не далее как несколько недель назад
мне довелось побывать в тех местах.
- А ты и в самом деле полагаешь, что сонеты посвящены лорду Пемброку?
- Совершенно в этом уверен, - ответил я. - Пемброк, сам Шекспир и г-жа
Мэри Фиттон как раз и есть те три фигуры, что выступают в сонетах; на этот
счет не может быть никаких сомнений.
- Что ж, я с тобой согласен, - сказал Эрскин, - но так я считал не
всегда. Когда-то я верил - да, пожалуй, когда-то я верил в Сирила Грэхэма
и его теорию.
- В чем же она состояла? - спросил я, глядя на прекрасный портрет,
который уже начинал как-то странно меня завораживать...
ресурс Эмиль Золя (Emile Zola)
