 |
Африка? Копье против винтовки. Марс? Тройной кольт против метательного ножа. Водородная бомба может испепелить города, но занимать вр..
Я секретарша одного из самых крупных психоаналитиков в стране". - Чем могу быть полезна? - спросила она подчеркнуто безразличным тоном...
— И как нам это раньше не приходило в голову? — Время от времени меня осеняет, — сказал он. — Я очень изобретателен. — А я — вредная, — сказала она. — Я тебя доконаю...
Смотрите также:
О. Горобчик. Творческий эксперимент Эмиля Золя
Загадке смерти Эмиля Золя – 100 лет
Вы читаете «Карьера Ругонов», страница 237 (прочитано 100%)
«Воздержание», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дамское счастье», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Деньги», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Доктор Паскаль», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Его превосходительство Эжен Ругон», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Жерминаль (Пер. А. Дмитриевского)», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Жерминаль (Перевод Н. Немчиновой)», закладка на странице 10 (прочитано 2%)
«Завоевание», закладка на странице 10 (прочитано 3%)
«Западня», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Земля», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Несмотря на
бешеный бег, он опоздал к первому выстрелу. В отчаянии взбирался он по
дереву на стену, но, видя, что Сильвер еще жив, он радостно улыбнулся.
Солдаты уже сообщили ему о смерти двоюродной сестры; смертный приговор
каретнику довершил его восторг. Он ждал выстрела с тем сладострастием, с
каким всегда радовался чужим страданиям; но оно еще обострялось ужасом этой
сцены, упоительным страхом.
Сильвер сразу узнал этого омерзительного мальчишку с бледным
возбужденным лицом и взъерошенными волосами: внезапно он почувствовал глухое
бешенство и желание жить. Это была последняя вспышка крови, мгновенный
протест. Он снова упал на колени, глядя перед собой. И в печальных сумерках
ему предстало последнее видение. Ему показалось, что в конце аллеи, у входа
в тупик св. Митра, стоит тетя Дида, белая, неподвижная, как каменная статуя,
и смотрит на его агонию.
В этот миг он ощутил на виске холод пистолета. Бледнее лицо Жюстена
скривилось от смеха. Сильвер, закрыв глаза, слышал, как древние мертвецы
страстно призывают его. Во тьме он видел лишь Мьетту, лежащую под деревьями,
прикрытую знаменем, с глазами, устремленными в небо. Потом кривой выстрелил,
все кончилось: череп юноши раскололся, как спелый гранат; Сильвер упал
ничком на каменную плиту и приник губами к месту, стертому ногами Мьетты, к
согретому его возлюбленной месту, где она оставила частицу своего
существа...
А у Ругонов вечером, за десертом звучал смех среди теплых испарений
яств, над столом, заставленным остатками кушаний. Наконец-то и они
приобщились к наслаждениям богачей. Их вожделения, обостренные тридцатью
годами сдерживаемых желаний, плотоядно скалили зубы. Эти неудовлетворенные,
тощие хищники, получив, наконец, доступ к радостям жизни, приветствовали
новорожденную Империю, наступающий час дележа трепещущей добычи.
Государственный переворот, вернувший счастье Бонапартам, положил начало
карьере Ругонов.
Пьер встал, поднял стакан и воскликнул:
- Я пью за принца Луи, за императора!
Гости, утопившие свою зависть в шампанском, вскочили и с громкими
восклицаниями стали чокаться. Это было великолепное зрелище. Плассанские
буржуа - Рудье, Грану, Вюйе и другие - плакали, обнимались над еще не
остывшим трупом Республики. Но вот у Сикардо блеснула счастливая мысль. Он
снял с прически Фелисите розовый атласный бант, который она кокетливо
приколола над правым ухом, отрезал десертным ножом кусочек атласа и
торжественно продел его в петлицу Ругона. Тот скромничал; отбивался с
сияющим лицом и бормотал:
- Нет, нет, что вы, слишком рано. Надо подождать, пока выйдет декрет.
- Чорт подери! - воскликнул Сикардо. - Оставьте, оставьте. Вас
награждает старый наполеоновский солдат.
И желтый салон разразился рукоплесканиями. Фелисите млела от восторга.
Молчаливый Грану в экстазе влез на стул и, размахивая салфеткой, произнес
речь, которая потонула в общем гаме. Желтый салон ликовал, безумствовал.
Но розовый шелковый лоскут, продетый в петлицу Пьера, был не
единственным ярким пятном на торжестве Ругонов. Забытый под кроватью в
соседней комнате, валялся башмак с окровавленным каблуком. Свеча, горевшая
над телом г-на Пейрота, по другую сторону улицы, сочилась во тьме кровью,
как открытая рана. А вдали, в глубине тупика св. Митра, на надгробной плите
застывала кровавая лужа...
1871
Обращений с начала месяца: 161, Last-modified: Fri, 12 Dec 2003 13:49:35 GMT
Оцените этот текст:Не читал10987654321
Страницы: (237) : <<
Тем временем:
... — Я сказал: пятьсот! — хриплым голосом повторил парень, опуская Рико на пол. Продолжая держать его одной рукой за рубашку, он другой принялся методично бить хозяина по лицу, так что голова бедняги моталась из стороны в сторону. Наконец, он швырнул Рико на стул. — Плати, иначе я продолжу развлечение. Рико с трудом поднялся и подошел к конторке. Потрогал рукой, распухшую щеку, потом выдвинул ящик, достал пачку банкнот, отсчитал пять бумажек и дрожащей рукой протянул их Биду. Тот небрежно сунул их в карман куртки и бросил на стол браслет. — Не следовало меня принуждать применять силу. Если мне что то нужно, я буду это иметь, понял? Любой ценой!.. И пора бы уж тебе это знать. Рико не произнес ни слова, поглаживая горевшие щеки. — Я сообщу тебе, где я буду, — продолжал Бид, словно ничего не случилось. — Если какое нибудь подходящее дельце будет для меня, подожди, пока я не дам о себе знать. Рико облизнул сухие губы. — Да, — хрипло ответил он. — Ну, тогда прощай, — бросил Бид и ушел не оглядываясь. После его ухода Рико подошел к бару, налил себе стакан виски с содовой, сел в кресло и, медленно потягивая виски, стал смотреть на браслет. «Недурная штучка, — думал он. — Красивая вещь… И попала мне в руки. Дорогая, но и весьма опасная. Стоит пять или шесть тысяч долларов. Только кто ее купит?» Ральф Рико встал и положил браслет в тайник в стене, за картиной. Решил ждать случая. Если женщина жива, то найти покупателя будет не так уж и трудно, но если нет… При мысли об этом лицо Рико снова исказилось. Взяв в руки стакан, он сделал большой глоток виски, затем зашел в ванную, чтобы умыть горевшее лицо. "Этот Бид — крепкий парень, — думал он. — И нервы у него стальные. «Если мне что то нужно, я буду это иметь»… Это правда, и Рико не раз убеждался в этом. Осторожно стал мыть щеки, холодная вода принесла явное облегчение. У владельца клуба не было злости против Бида. Быть с ним в союзе означало для Рико возможность делать неплохие дела, а то, что он получил по физиономии, только подтверждало это и невольно вызывало не только страх перед этим типом, но и уважение к нему...
ресурс Эмиль Золя (Emile Zola)
